Иерусалим и его обитатели. Иерусалимские прогулки - Лев Виленский

окна домов (в основном, одноэтажных) видна старая солидная мебель и портреты членов семьи рядом с портретами деятелей Рейха на стенах. В тени балконов, под крышами, в свернутом состоянии покоятся, ожидая своего часа, красные флаги Рейха со свастикой. Темплеры, которые живут в этом квартале, с неприязнью посматривают на полицейского, который дежурит на улице, потому что у того яркая еврейская внешность. Проходя рядом с ним, темплеры особо громко кричат друг-другу «Хайль Гитлер», вскидывая руку в приветствии. Когда я рассказал об этом начальнику полицейского участка, он рассмеялся мне в лицо: «Разве такой вид приветствия запрещен? Пусть себе поиздеваются немного над нашим еврейчиком!»… (перевод мой – Л.В)

До Хрустальной ночи оставалось совсем немного.

Следует отметить, что до восшествия Гитлера на престол германские колонисты дружили с евреями. Между иерусалимским (в большинстве своем еврейским) населением и темплерами существовали прочные торговые и дружеские отношения. Но с приходом Гитлера весь его животный антисемитизм выплеснулся на улицы Святого Города. Евреев запрещалось нанимать на работу. Им запрещалось продавать и сдавать внаем собственность. Некоторые немцы, презрев запрет, вели с евреями торговые дела. Вот, какое письмо получил герр Боерле, сдавший свой кинотеатр «Ориент» в аренду еврею:

«Январь 1936 года.

С ужасом довелось местному отделению НСДАП узнать о том, что вы сдали кинотеатр в аренду евреям. Вами сдана немецкая собственность в неарийские руки, что противоречит законам Германии, действующим также в местах поселения немецкого народа. Мы требуем от вас разорвать сделку. Копия письма отправлена через главного наместника НСДАП в Палестине в Берлин. Результаты могут оказаться плачевными для вас и вашей семьи. Мы надеемся, что интересы Рейха стоят для вас выше интересов частных, согласно принципу фюрера – «Польза общества превыше личной пользы». Хайль Гитлер!

Подписано: Людвиг Букхальтер, остгруппенляйтер.

Нотабене: относиться к этому документу как к секретному и не допустить попадания его в еврейские руки». (перевод мой – Л.В)

Многие израильские историки – в необъяснимом порыве самоуничижения – пытаются уменьшить и принизить роль НСДАП в истории общины темплеров, считая, что таковых были единицы. Не желают вспоминать о прошлом и сами германцы. Прошедшая в конце 90-ых годов в Тель-Авиве выставка, посвященная темплерам, вновь всколыхнула общественное мнение, вызвав бурные дискуссии между «примирителями» и сторонниками обвинения общины темплеров в развязывании антисемитизма на территории Эрец-Исраэль. Во главе «примирителей» выступал профессор Алекс Кармель, семья которого сумела сбежать в Палестину в 1939 году из гитлеровской Германии. У многих «немецких» евреев синдром ненависти к Израилю и всему еврейскому развит весьма сильно, достаточно упомянуть такую одиозную личность, как скульптора Тумаркина. Доводы покойного ныне профессора Кармеля были разбиты статистикой – в 1939 году среди 2100 темплеров было 350 членов НСДАП. Если отбросить детишек школьного возраста (а их в многодетных семьях темплеров бывало до 7—8 человек), можно прийти к заключению, что чуть ли не каждый четвертый темплер состоял в НСДАП. Воистину страшная цифра.

В августе 1939 года, когда на немецкой улице в Иерусалиме славили присоединение Австрии, аншлюс Чехословакии и другие успехи новой Германии, молодые темплеры неожиданно получили призывные повестки – им предстояло немедленно выехать в Германию и влиться в ряды вермахта. Из Иерусалима в вермахт призвались 75 человек. Грустными глазами провожали молодых почтенные члены общины. Плакал старый архитектор Герман Имбергер, который по воскресеньям прогуливался по улицам с красной лентой со свастикой, перекинутой через плечо. Вторая мировая война началась – и англичане вновь выселили темплеров из их добротных каменных домов. В лагеря для военнопленных. А часть темплеров уехала в Австралию. Вскоре за ними последуют остальные.

В 1948 году молодое израильское правительство сначала вернуло оставшихся в Иерусалиме темплеров в их дома. Рядом – в пустующие дома – подселяли евреев, которые были изгнаны из Старого Города, евреев, которые пережили Катастрофу и лагеря на Кипре, евреев, которые помнили еще о том, как арабская молодежь обучалась рукопашному бою и владению оружием в отрядах Гитлерюгенда. Не знаю, как чувствовали себя темплеры в таком окружении. Знаю лишь, что в 1950 году их изгнали из Израиля окончательно. Большинство уехало в Австралию, кое-кто вернулся в Германию. Правительство Израиля выдало каждой семье компенсацию в 66000 марок (большая сумма по тем временам). Поистине, рыцарское отношение к народу, который уничтожил 6 миллионов евреев.

А «Немецкая колония», над домами которой уже не развевались красные флаги со свастикой, стала сначала периферийным районом Иерусалима, а с годами превратилась в одну из жемчужин Столицы Израиля. В этом каждый может убедиться, прогулявшись по улицам района, одинаково волшебным и днем, и ночью, и размышляя о неожиданных ходах истории, превратившей добрых религиозных колонистов в фанатичных поклонников идей бесноватого фюрера.

Еврей-католик воспитывает сирот-маронитов

В 1861 году в Ливане, где войны вспыхивают быстро, а противоречия внутри населения столь велики, что эти войны подогревают, случилась – между делом – резня христианского маронитского населения. Друзы, которые сегодня ведут себя в основном миролюбиво, в тот год взбунтовались и напали на местное христианское население. Резали они христиан с остервенением, не жалея женщин. Кровавая жатва оставила за собой множество сирот.

Фпруктовый сад монастыря Сестер Сиона. Эйн-Карем.

Альфонс Ратисбон родился евреем, в богатой еврейской семье в Страсбуре (Страсбурге) во французской провинции Эльзас. В его семье еврейские традиции не особо соблюдались, в связи с этим Альфонс, как ранее его брат – Теодор, увлекся католицизмом, и оба брата не только приняли христианство католического течения, но и стали священниками. Рассказывают, что Альфонс Ратисбон услышал о явлении Девы Марии одной монашке в монастыре Нотр-Дам де Сион в Париже, после чего говорил с этой монашкой (ее звали Катерин Лябур) и даже получил от нее маленькую золотую медальку с буквой М, символизирующей имя Марии, матери Иисуса. Этот момент стал поворотным в жизни Ратисбона, он – по стопам родного брата, окунулся в купель и стал истовым христианином. В 1855 он переехал в Иерусалим, где собирался выполнить обет обращения евреев в католичество. В этом Альфонс не преуспел (и слава Б-гу), но история уготовила ему намного более полезную роль – роль защитника сирот. Потому что именно сиротами-маронитами, родители которых были зверски умерщвлены друзами, занялся Отец Альфред в бытность свою священником в Иерусалиме. Сначала он размещал их в монастыре Нотр-Дам – де Сион в Старом Городе на Виа-Долороза (этот монастырь, построенный рядом с аркой Ecce Homo, заслуживает отдельного рассказа), а потом, когда места стало не хватать, и сироты болели в душном и насыщенном канализационными миазмами воздухе мусульманского квартала, где располагался и располагается поныне монастырь, Отец Альфред купил землю в далекой деревеньке Эйн-Керем, и основал там сиротский дом. На склоне горы, где трудолюбивые монашки вырастили фруктовый сад, где сохранились остатки водосборных бассейнов еврейского поселения эпохи Второго Храма, где неподалеку родился Иоанн Креститель, сироты могли дышать полной грудью, и благодарить своего господа Иисуса за данный им хлеб. Покупка земли в Эйн Керем связана в свою очередь с легендой о том, что Ратисбон молился Марии, с просьбой указать ему место для строительства нового дома для сирот, и та показала ему радугу над горой в Эйн-Керем. Кто знает, было ли это на самом деле, или легенда имеет позднейшее происхождение, но монастырь, начатый постройкой в 1865 году, прочно связан с именем Альфреда Ратисбона. Там он и похоронен, на скромном маленьком кладбище в которую ведет аллея столетних деревьев, и над его могилой стоит статуя Марии с младенцем.

Монастырь Сестер Сиона, основанный Ратисбоном

Сегодня сирот в монастыре уже нет, а сиротский дом – здание с желтыми стенами – стал пристанищем для пилигримов, и просто туристов из-за рубежа. В монастыре туриста встречает необыкновенная тишина и прозрачный воздух Иудейских гор, зеленый ухоженный сад и потрясающие виды.

А монастырь стал Католическим центром по изучению иудаизма, в 1988 году получивший благословение Римского папы на развитие добрых отношений с еврейским народом и Государством Израиль, которое с уважением относится к наследию Альфонса Ратисбона.

Для еврейского